Как гласит древняя мудрость: «Не мы выбираем время, а Время выбирает нас». Это особенно очевидно в такой сфере человеческой деятельности как искусство и, прежде всего, искусство изобразительное. Призванный временем художник – плоть от плоти своей эпохи и, несмотря на интернациональность искусства, своей земли и своего народа. В противном случае его творчество лишено смысла. Тезис «искусства для искусства», не прикрепленный корнями к этнической традиций, повисает в воздухе и лишается всякого содержания, превращаясь в формальный поиск, ведущий в никуда. Двадцатый век продемонстрировал это с предельной очевидностью, создав в изобразительном искусстве целую галерею «Голых королей». В итоге – чудовищное падение уровня живописной культуры, утрата высокого статуса рисунка и абсолютизация формальных поисков, доведенных до абсурда, патологии и саморазрушения.

Но диалектика бытия такова – «Природа не терпит пустоты». И на поле, вытоптанном кубизмом, фовизмом, супрематизмом, абстракционизмом и т.д., в полнее естественно вновь взрастают цветы высокого искусства Реализма. Ведь наш реальный мир, данный физически и психически нормальному человеку в его восприятии, божественно прекрасен. И приходим мы в него для созидания, а не разрушения. Созидание же – в высшем смысле этого слова – возможно только тогда, когда человечество пребывает в сфере Разума, важнейшим компонентом которого является Память. В противном случае «сон разума порождает чудовищ», чему свидетелем был весь прожитый человечеством ХХ век.
Однако, рано или поздно, Разум пробуждается и люди с удивлением замечают, что в привычном мире что-то изменилось.
Пограничье ХХ и ХХI века, рубеж тысячелетий и эпох, судя по-всему, и есть то самое, время пробуждения. Время, о котором говорил великий русский поэт-провидец Ф.И. Тютчев.

Блажен, кто посетил сей мир
В его минуты роковые
Его призвали Всеблагие
Как собеседника на пир.

«Минуты роковые» призывают своих художников. И они обязательно приходят!
Анна Виноградова, безусловно, является таким, призванным Временем, художником. «Что-то очень дремучее, красивое, таинственно- лесное славянское, сказочное, древесно – растительное, душевно-лирическое и чуть театрально – русское, давно забытое и почти утраченное. Спасибо! За возвращение!». Эти слова из книги отзывов одной из многочисленных выставок Анны Виноградовой, и пожалуй, могли бы стать эпиграфом её творчества.

Феномен тоски по утраченным корням, стремление к самоидентификации – одна из характернейших черт нашего времени. Судя по – всему, в основе этого феномена лежит фундаментальный закон Вселенной, определяемый как закон сохранения Информации. Или, как его сформулировала Н.В. Петров, «всякое последующее действие происходит по памяти предыдущих действий, при этом формируется новая структурная форма памяти, куда первая ее половина входит составляющей и не изменяется благодоря непрерывному воспроизводству самой себя в точной копии в постоянно изменяющейся внешней среде». Этот закон, общий для всех форм бытия, функционирует и в культуре. И прежде всего в этнической культуре, сохраняя идеалы, эстетические предпочтения и генетическую память данного народа на протяжении тысячелетий.
Именно этот этнический компонент – одна из важнейших составляющих в творчестве Анны Виноградовой. Причем, формируется новая структурная форма памяти «с сохранением той ментальной основы, которую определяют обычно как «русскость» или «русская душа». Это нечто почти неуловимое, что ощутил автор выше – цитированной записи в книге отзывов. «Новая структурная форма памяти» выражена здесь отсутствием привычных для данной темы изобразительных решении. В работах художника мы не встретим ни нарочитой сказочности, ни избыточного декоративного узорочья, ни умиленной благости персонажей. Русская тема подается в новом и несколько неожиданном ракурсе – мы не можем определить историческое время конкретного изображаемого события. Оно могло происходить совсем недавно, или сто, или тысячу, или много тысяч лет назад. Народная традиционная культура, обряд, ритуал, передающиеся из поколения в поколение, из века в век, из тысячелетия в тысячелетие – это и есть та самая первичная ячейка памяти, которая «входит составляющей и не изменяется благодаря непрерывному воспроизводству самой себя» в новую структурную форму памяти. Народные обряды, сложившиеся в незапамятные времена – одна из ведущих тем творчества А. Виноградовой. И, естественно, все, что связано с ними – традиционный костюм, предметы быта, окружающая среда – входят в сферу интересов художника. Именно они, переплавляясь в процессе творческого переосмысления, рождаются вновь в «новой структурной форме памяти», которой является произведение искусства.

Такое ограниченное вхождение в сферу русской народной традиции обусловлено в значительной мере тем обстоятельством, что детство и юность Анны прошли в одном из древнейших и красивейших городов Русского Севера – Вологде. И, конечно, влиянием матери – известного российского этнолога С.В. Жарниковой.

Рисовать Анна начала, как она сама говорит, с тех пор как помнит себя. Во всяком случае, уже рисунки четырехлетней девочки поражают своим динамизмом, сложными ракурсами и недетским психологизмом. А юношеские композиции – вполне профессиональными и сложными решениями.
Окончив среднюю школу, Анна довольно долго не могла определить, какую сферу деятельности могла выбрать для себя. Стать архитектором, как советовал отец – известный архитектор Г.И. Виноградов, художником – модельером или мультипликатором. Наконец решение было принято поступить в Ярославское художественное училище, что было объяснимо. Подавляющее большинство членов Вологодского отделение Союза художников закончило именно это учебное заведение – базовое училище Московского Академического института им В.И. Сурикова. Анне четко объяснили – поступить в институт, не закончив художественное училище, невозможно. К моменту поступления в Ярославское художественное училище она уже была автором нескольких вполне профессиональных портретов, так что вступительные экзамены были сданы без проблем.
Блестяще окончив первый курс, студентка престижного училища Анна Виноградова едет на каникулы в Санкт-Петербург и навещает «альма матер» своих родителей – Академический институт живописи, скульптуры и архитектуры им И.В. Репина. Здесь, узнав о существовании в институте годичных подготовительных курсов, она принимает решение, резко изменившее ее жизнь. Анна оставляет училище и тем же летом 1995 года поступает на подготовительные курсы графического факультета. А уже в следующем 1996 году становиться студенткой факультета графики и по распределению попадает в мастерскую Ли Клима. Казалось бы, все идет прекрасно. Взяли в мастерскую, о которой мечтают многие студенты. Но это – Анна Виноградова. И уже через два месяца она переводится в другую мастерскую – профессора В.Г. Старова, известного мастера классической акварели, академического рисунка, офорта и литографии, одного из хранителей традиций русской реалистической школы, виртуозно владеющего практически всеми манерами графического искусства.

Именно Владимир Георгиевич Старков стал тем Учителем, который заложил основы понимания композиции, тонального классического и перового рисунка, различных специфик техники акварели. Все это пригодилось Анне впоследствии при исполнении первого крупного государственного заказа – эскизов костюмов для балетов – мистерий. Но это будет потом. А пока шел процесс обучения, приобретения знаний, навыков, мастерства, участия в студенческих выставках: «Русский Север» (1998г.), «Рисунок в Академии художеств» (1999г.).
После окончания третьего курса в 1999 году и будучи сложившимся, вполне успешным художником – графиком, Анна Виноградова все более и более осознает, что ее истинное призвание – живопись. И вновь резко меняет все в своей жизни. Она берет академический отпуск, и целый год посещает вольнослушателем одну из немногих, сохраняющих традиций русской реалистической живописи мастерских института им. И.Е. Репина – мастерскую профессора В.И. Рейхета.

Именно в 1999 году , когда появилось достаточно свободного времени для собственного индивидуального творчества, она получила заказ на разработку эскизов костюмов для вологодского ансамбля «Русский балет – XXI век». Балеты – мистерии, исполняемые этим коллективом, создавались в рамках государственной прогаммы «Великий Устюг – Родина Деда Мороза» и включали в себя три спектакля, в основе которых лежали древнерусские календарные праздники: Зимние Святки, Масленица и Купало.

Режиссер – постановщик, ученик выдающегося хореографа ХХ века – Л. Якобсона, Б.Ю. Чирьев уже немало лет руководил танцевальным фольклорным коллективом. И, устав от стандартной манеры исполнения, однообразных. Далекий от народных традиций унифицированных «псевдорусских» костюмов, он искал нечто новое. Новую манеру, новую форму, нового художника. К моменту встречи с Анной Виноградовой он отверг работы нескольких художников – модельеров. И почти потерял надежду найти то, что ищет. Рассказав Анне о своих идеях, он дал ей полную свободу в из художественной реализации. Предложение одеть все персонажи в различные индивидуальные костюмы, исходившее от художника, было принято с энтузиазмом. Ведь такого еще не делал никто! И когда Анна представила первые черновые разработки, выполненные на клетчатых тетрадных листах, Б.Ю. Чирьев понял: «это то, что нужно!». В основу решения каждого эскиза были полжены подлинные образцы старинного народного северновеликорусского костюма, уникальных архаических орнаментов, сохранявшихся на протяжении многих тысячелетий. Впервые на памяти хореографа художник интересовался достаточно ли удобные разработанные им костюмы для исполнителей. И что еще необходимо сделать, чтобы не ограничивать свободу движений в танце.

Это был совершенно новый подход к сохранению стилистики народного костюма, с одной стороны, и адаптаций его к задачам хореографии – с другой. Заключенные эскизы представляют собой подлинные произведения графического искусства, выполненные в лучших традициях русского театрального костюма рубежа XIX – XX вв. Изысканность линий, яркая, сложная цветовая гамма и в то же время – предельная конструктивность деталей, все в этих эскизах заставляет вспомнить работы таких выдающихся театральных художников, как Лев Бакст и Александр Головин. И в то же время здесь появилось нечто новое – народный костюм из раритета, музейного экспоната, превратился в живой, наполненный движением компонент нашей реальности – вечный и сиюминутный.

Премьера всех трех балетов – мистерий состоялась в 2000 году. Посмотрев их, главный балетмейстер Санкт – Петербургского академического театра Музыкальной комедии, Кирилл Ласкари писал: «древние языческие обряды переданы выразительным языком, зал замирает и рукоплещет. Это яркое, эмоциональное зрелище. В этом успехе немалая доля принадлежит художнику, создавшему настоящую феерию красок, орнаментов, ритмов».
Уже в процессе работы над эскизами костюмов, Анна Виноградова четко знала, что ее будущий диплом будет посвящен теме Масленицы. Причем не той обыденной Масленице с блинами и соломенным чучелом, а другой, сакральной, древнему многотысячелетнему обряду поминовения предков и заклинания плодородия следующего земледельческого года. Осталось только перейти на живописный факультет. Что и было сделано в 2000 году. Виноградова в очередной раз резко изменила свою жизнь. Она становится студенткой третьего курса факультета живописи. И хотя в том же году уходит из жизни руководитель ее мастерской – профессор В.И. Рейхет, традиции не изменяются. Их продолжают коллеги мастера – В.В. Пименов, Н.Н, Репин, Н.С, Лысак, Н.Д. Блохин. Именно они стали на следующие три года учителями и наставниками А. Виноградовой. В процессе учебы определились те темы, задачи и предпочтения, которые стали затем определяющими в творчестве художника. Это прежде всего тема древних календарных обрядов, в которых наиболее ярко раскрывается душа народа, глубина его исторической памяти, его своеобразие и неповторимость. С этой темой, безусловно, теснейшим образом связан психологический портрет, так как обряд это прежде всего исполняющие его люди, во всем многообразии из связей и взаимоотношении. Необходимость построения сложных многофигурных композиций требовало четкого представления о пластике человеческого тела, умения передавать его в различных ракурсах. Эти задачи во многом решались в еще одной излюбленной теме – теме балета, танца, движения, интерес к которой был заложен уже в детских рисунках и выявился со всей очевидностью в процессе работы над эскизами костюмов с балетам – мистериям.

И, наконец, важнейшей частью в создании многофигурной композиции, безусловно, является грамотный, профессиональный рисунок, который культивировал на факультете графики В.Г. Старов. Здесь, на живописном факультете, в мастерской, руководимой В.В. Пименовым, рисунок с 2000 года начал преподавать такой виртуозный мастер как Н.Д. Блохин. Работа над сложными постановками еще больше укрепила её трепетное отношение к рисунку, как основе основ любой картины и совершенно самостоятельному произведению искусства.

Рисунок Анны стал мощным, уверенным, мастерским, о чем свидетельствуют такие работы студенческой поры, как «Арлекин» (2001г.), «Спящий натурщик» (2004г.). И конечно, те рисунки углем и сепией, которые предваряли типажи персонажей будущей дипломной работы: «Портрет пожилого человека» и «Портрет немолодой женщины», оба 2004 года. Отметим, кстати, что на выставке «Лучшие рисунки Академии 2004 года» работы Анны Виноградовой были удостоены второй премии.
Уже в 2000 году она начинает подготовку к будущей большой работе на тему «Масленица». Делаются многочисленные зарисовки старинных деревянных домов и древних храмов Вологодчины, пишутся пейзажи Русского Севера, идут поиски характерных типажей. А в 2001 году в одном из крупнейших металлургических центров России городе Череповце, в выставочном зале Череповецкого отделения Союза художников открылась, имевшая большой успех, выставка Анны Виноградовой, где было представлено около 30 работ художника: портреты, пейзажи, натюрморты, эскизы костюмов, акварели, рисунки.

Начиная с 2004 года она вплотную приступает к «Масленице», теме, первое обращение к которой относится к 1999 году, когда создавались эскизы костюмов к балету – мистерии «Здравствуй, Масленица!» А. Виноградова работает над моделями женской одежды, в которых использует элементы традиционного северорусского женского народного костюма. В 2005 году, участвуя в конкурсе «Гипермода», проходившем в Санкт-Петербурге под эгидой Международной научно – общественной организации «Северная Традиция», она получает за свои костюмы Первую премию «Золотая игла».

К 2004 г. относятся такие работы, как «В поле», «Стог», «Шексна», «Вологодский дворник», «Северная деревня» и «Маша (портрет Марии Шурыгиной)».

Именно в 2004 году появились варианты композиции на тему «Шествие масленичного поезда», в которых впервые в русской живописи Масленица предстает не просто веселым праздником, а сложным обрядовым комплексом со своей внутренней, очень архаической структурой. Безусловно, огромную роль в таком проникновении в саму суть обряда играло постоянное творческое общение с материю – известным российским этнологом С.В. Жарниковой, к тому времени уже более четверти века занимавшийся изучением архаических истоков народной культуры Русского Севера, его обрядов и ритуалов, автором многочисленных статей и основополагающей монографии на эту тему «Золотая нить».

Продолжение следует…