Именно 2007 – 2008 годы стали отправным в творчестве Анны Виноградовой. Тема России, русской народной культуры, её духовной сути стала абсолютной доминантой. Помимо Купальского триптиха она пишет в 2007 году такие основополагающие работы как «Автопортрет в новгородском костюме» и «Русский танец». На «Автопортрете» мы видим молодую женщину в народном костюме и рогатом головном уборе, с Павловской шалью на плечах. Она спокойна и внимательно смотрит на зрителя, словно говоря: «Смотрите, да я такая, сегодняшняя и вчерашняя. Я дочь моего народа. И я это помню всегда!». Все в этом портрете дышит спокойной уверенностью, какой- то внутренней статью, духовной силой и красотой. Прекрасна женщина, прекрасен костюм в удивительной гармонии алого и золотого. Великолепны пластика рук, напряженных и спокойных одновременно, лицо, вылепленное мягкими касаниями кисти, и Павловский платок, струящийся по плечам.

Вторая работа, выполненная в том же 2007 году – «Русский танец». Здесь, в отличие от «Автопортрета», самый настоящий вихрь движения. Огненно – красный сарафан развевается как языки пламени. И все то ,ч то называют русской удалью, раскрывается в пляске. А улыбающиеся лицо молодой женщины словно говорит зрителю: «Я еще и не так могу!». И эта безудержная внутренняя, сила, рвущаяся наружу, освещается в стремительном движении рук, готовых раскинутся в стороны, как крылья птицы.

Тема русской пляски будет продолжена в полотне 2008 года «Пляшущие». Здесь, в отличие от предыдущей работы с её огненным вихрем движения, пляска только начинается. В фигурах двух улыбающихся жизнерадостных молодых женщин ощущается та же сдержанная внутренняя сила, что и в «Автопортрете». Она готова выплеснутся наружу в стремительной и веселой пляске. Вот сейчас размахнутся руки, загружается складки сарафанов и пустятся в пляс две развеселые молодки. И мы уже ощущаем этот вихрь движения, сдерживаемого, но неудержимого, которым словно пронизано все полотно.

2008 год отмечен целым рядом портретов, в которых идея преемственности народной культуры, её прорастания в наше время, выражена в изображении современников и современниц художника во вневременном контексте этой культуры. Начинает эту серию «Ожидание» («Портрет Вероники Сарма. Мисс Санкт – Петербурга 2007 года»), написанный еще в 2007 году. Вполне современная молодая красавица в бальном платье сидит в ожидании чего – то, быть может нового подарка судьбы. Но вот она же, уже в совершенно новом образе «Девушки с алой лентой» (2008г.), сидит на поваленном стволе старой березы, на фоне пронизанного туманной дымкой леса, и вплетает в косу алую ленту. Время словно сместилось, настолько естественна эта сегодняшняя молодая женщина в той вневременной среде и в том прекрасном, тоже вневременном, костюме. Мерцающим глубоким индиго сарафан, вспыхивающие алым и золотым полосы декора подола и переливы жемчугов налобной ленты – все это подчеркивает нежность лица портретируемой, глубину огромных голубых глаз. И понимаешь, что она одинаково естественна и в образе «Мисс Санкт – Петербурга», и в образе этой молодой женщины из далекого прошлого.

В том же 2008 году Анна Виноградова пишет портрет сына, где мальчик, играющий соломенным коньком, помещен в некую вневременную, но хорошо узнаваемую среду. Его, сидящего на тканом лоскутном половике, окружает все тот же мир русской народной культуры – глиняный каргопольский «Палкан» (полуконь – получеловек) и семейная пара из двух тряпичных кукол, одетых в народные костюмы. Именно яркая этническая узнаваемость «Портрета сына» стала одним из факторов выбора данной работы для афиши выставки объединения художников «Передвижники. XXI век» сотрудниками музея изобразительных искусств города Тулы. В том же русле введения современны персонажей в контекст народной культуры написаны «Девочка с шалью» и «Девушка пришивающая кружева» (Портрет Натальи Быковой). Несколько особняком стоят две работы 2008 года – «Молодая хозяйка» и «Гусляр».

В «Молодой хозяйке» Анна Виноградова продолжает тему «Переходящей брод» — женщина и вода. Здесь молодая женщина заходит в воду, неся в корзине бельё, и мы ощущаем, как колеблется вода у её ног, переливаясь охристо – индиговым и умбристо – зелеными оттенками, как колышется камыш среди этой звенящей тишины, окружающей фигуру.

«Гусляр» — портрет выдающего русского фольклориста Анатолия Михайловича Мехнецова – выполнен в несколько ином ключе. Старец, играющий на шуслях среди березового леса – образ эпический, возвращающий нас в мир русских былин, преданий, сказок. Глубина проникновения во внутренний мир этого человека – легенды, «старателя русской народной культуры», просто поразительна. Пластичные руки музыканта скользят по струнам гусель, тело словно застыло, впитывая музыку, а прозрач0ные голубые глаза – мудрые и удивительно молодые одновременно – смотрят на нас из под седых бровей.

Обе темы – вода с её непредсказуемостью, глубиной и таинственностью и эпичность, сказочность окружающего мира органически слились в такой работе 2008 года как «Русалка».

Большое полотно (120х100см) – гимн воде рек и озер России, её священных «кузниц», которым наши предки поклонялись в течение многих тысячелетий. Таинственно мерцает вода плавают на её поверхности розовато – белые лилии. И смотрит на зрителя своими бескрайне голубыми глазами Хозяйка этих вод – Русалка, прекрасная и таинственная как окружающая ее стихия воды. Художник ищет наиболее выразительный образ и последовательно пишет два варианта композиции. В первом – вода, спокойна, и Русалка застыла в ожидании среди стоячих вод. Замерли стрелки камыша, тихо спят водяные лилий. И медленно змеится по воде зеленоватые, словно водоросли, волосы.

Во втором, окончательном варианте, Русалка поднимается из глубины озера. Вода вокруг неё волнуется, расходиться кругами и колышет цветущие розовые лилии, одна из которых украшает её зеленоватые, струящиеся по воде, волосы. Покой сменился динамикой, столь характерной для работ Анны Виноградовой. Эта внутренняя динамика постоянно присутствует и в работах 2009 года цикле, посвященном теме балета.

Открывает его «Отдыхающая балерина», где освещенное боковым светом тело сидящей девушки мерцает жемчужными оттенками, подчеркнутыми прозрачностью и легкостью одежд. Внутренняя динамичность композиции выявляется в противопоставлении хрупкости и изящества моделей и широкого, кажущегося тяжелым, браслета на тонкой руке балерины. Этот прием будет использован художником еще раз в другой работе 2009 г. «Восточная сказка». Здесь балерина сидит в сложной, словно свитой в спирали, позе. Легкая, струящаяся по ногам юбка контрастирует с плотным корсетом и тяжелыми браслетами на руках, поддержанными роскошной диадемой, украшающей голову танцовщицы. И тело, и лицо модели прилеплены мягкими касаниями кисти. Нежное, одухотворенное лицо, великолепная пластика рук и ног – все в этой работе вызывает восхищение.

Балетный цикл 2009 года продолжают «Маленькая балерина» и «У зеркала», где изображение танцовщицы, одетой в великолепный красно – черный наряд как бы дублируется её отражением в зеркале. Таким образом лицо модели показано в профиль и в повороте на три четверти. Превосходно написано тело и особенно руки, что вообще характерно для работ Анны Виноградовой.

2009 год отмечен в её творчестве также возвращением к теме «Ребенок и народная традиция». Это «петрушка» — портрет сына Олега в народном костюме, колпаке с бубенчиками и с яркой глиняной свистулькой в руках. Весь окружающий его антураж удивительно органичен: тканый лоскутный половик под ногами обутыми в лопаточки, берестяной и лыковый короба, стоящие по углам. И, словно охраняющие играющего мальчика, — пушистый черно-белый с янтарными глазами кот и такая же пушистая спящая дымчато – серая кошка. От работы веет покоем, уютом, тем домашним теплом, которого порой так не хватает в нашей сегодняшней жизни.

Кроме этих работ в 2009 году был написан цикл натюрмортов: «Пионы», «Сирень», «Натюрморт с гранатами», «Натюрморт с кувшинами», «Букет пионов». Любовь к жизни во всех ее проявлениях, восхищение красотой цветов – этих замечательных «улыбок Земли», отразились здесь в полной мере. Не случайно в книге отзывов одной из выставок Анны Виноградовой осталась следующая запись: «Ее сирень источает аромат, который чувствуешь около картины!».

Весной 2009 года Анна летит в КНР, чтобы принять участие в «Выставке Репинцев» проходившей во Дворце национальностей Китая в Пекине. Это была масштабная выставка трех художников – выпускников Института живописи, скульптуры и архитектуры им И.Е. Репина – Юрия Калюты, Геннадия Бернадского, известных мастеров живописи, и молодого, но уже достаточно известного в Китае художника – Анны Виноградовой.

Вернувшись домой, Анна приступает к новой большой работе – триптиху «Купало». Замысел вызрел, пришла полная ясность в понимании совершенно иного решения этой мечты. Теперь центр триптиха – Купальская ночь, когда после всех обрядов остается последний – пускание венков с зажженными свечами по воде. Гадание о судьбе, страшное и прекрасное. Левая часть – «Утро Росы», праздник, предварявший купальские обряды, когда женщины, мечтающие о детях, лежали в утренних росах. И правая часть триптиха – «Гадание на углях», где девушки, оставшиеся незамужними разомкнулись руки, влюбленной пары над купальским костром – гадали на углях только что погасшего костра. Если разгорится уголек, значит счастье придет в следующем году, на следующее Купало.

Первая работа «Лежащая в папоротниках» (80х150см) – полотно вытянутого формата, где композиция разворачивается по горизонтали. Доминантой является фигура лежащей молодой женщины, где основные акценты сделаны на запрокинутой голове, утопающей в роскошных каштановых волосах, руке, лежащей на груди и обнаженных округлых коленях.

Однако, этот вариант оказался не окончательным. И после долгих поисков приходит то самое, единственное решение.

Формат холста почти квадратный (120х130см) , композиция строиться по диагонали. Теперь доминантой становится заросли папоротника, в которые словно провалилась фигура лежащей женщины. Глядя на их серебристо – голубые мерцающие листья, начинаешь верить в то, что где – то среди них сейчас вспыхнет волшебный, огненно – алый цветок, открывающий все клады и приносящий счастье. И тело молодой женщины кажется плотью от плоти и кровью от крови этой земли и этих сияющих зарослей. Действительно, «Утро папоротников». Центральная часть триптиха – вертикальное полотно (180х120см) «Гадание на венках». Тишина. Блики тусклого света белой ночи на воде и листьях дерева. И две юные девушки, только что опустившие свои венки с горящими свечами в воды реки, на суд судьбы. Они застыли в ожидании, и мы ощущаем прохладу ночи, её таинственную тишину, легкий плеск воды и колебание огонька свечи. Чудо свершается прямо на наших глазах. Чудо великого откровения. Художник виртуозно передает эффекты ночного освещения. Пламенеет алый сарафан стоящей девушки, мягкие зеленоватые тени ложатся на лица, живыми обликами мерцает вода и всё окутано теплым золотистым светом.

И. наконец, завершающая композиция – «Гадание на углях» (120х120см). Закончился праздник, все разошлись. Но сидит у угасшего костра одинокая девушка с венком на голове. Не удержал ее руку тот, кого она считала суженным, не пришлось ей пускать свои венок по реке. И вот печальная и сосредоточенная она пытается раздуть угасающим уголёк потухшего костра, надеясь, что счастье не обойдет ей в следующем году.

Художник удивительно точно передает состояние раннего утра. Слегка золотится край неба, темнеет лес, а на поле полыхают каким – то мистическим сиренево – розовым светом свечки Иван – чая. Слегка тлеют угли костра и нежные руки девушки бережно держат уголек.

Но в этот общем ощущении печали диссонансом звучит насыщенный темно – брусничный цвет сарафана – цвет жизни и надежды.

В завершенном триптихе «Купало» всё серьёзнее заявляет о себе новое направление в творчестве Анны Виноградовой – стремление соединить реальность и то таинственное,  мистическое, сказочное, что незримо входит в эту реальность, окружает и пронизывает её начатое еще «Русалкой», в триптихе «Купало» это направление поисков нового образного языка проявилось вновь. Вроде бы всё изображаемые вполне реально, но светятся каким – то таинственным фосфорическим светом папоротники, завораживает своим теплым золотистым мерцанием ночь и цветы Иван – чая сияют ирреальными мистическим светом.

С еще большей последовательностью и очевидностью это направление поисков проявилось в работах 2010 года 0 цикла картин на тему уральских сказов П.П. Бажова. Это пять полотен: «Хозяйка Медной горы», «Великий Полоз», «Серебряное копытце», «Каменный цветок» и «Малахитовая шкатулка».

Центральное полотно – огромная вертикальная композиция (275х130см). На фоне закатного, полыхающего зарею неба стоит Владычица земных недр – «Хозяйка Медной горы». Величавая и прекрасная, она словно вырастает из сияющих кристаллов самоцветов и всплеском малахита. Все здесь, и гора, и самоцветы, вспыхивающие алым, голубым, сиреневым, фиолетовым сиянием, и разноцветные ящерицы, и сама хозяйка – одно неразрывное целое. Она – образ богатств Урала, да и всей России.

Величественная, со спокойным взором прозрачных зеленых глаз, вся сияющая, словно драгоценный опал, она поддерживает напряженными руками то ли плащ, то ли всю окружающую ее землю. От этого образа веет какой-то глубоко архаикой, первыми днями Творения. И даже украшающие ее руки широкие золотые браслеты, усыпанные драгоценными камнями, и тяжелый золотой венец не воспринимаются чем – то инородным – настолько они органичны в своей архаике здесь, в мире древних сокровищ Земли.

По сторонам центрального полотна две, казалось бы, простых композиции: «Великий Полоз» и «Серебряное копытце». Но простота эта кажущаяся. Перед нами снова «Тайная Сила», охраняющая богатства Хозяйки: Великий Полоз – золото, Серебряное копытце – россыпи драгоценных камней. И смотрит на людей мудрыми глазами свернувшийся в упругие кольца могучий змей. Он – то знает, что счастье и золото – совсем не одно и тоже. Он весом и иллюзорен, как тот желтый металл, что принес столько горя, страдании и злобы в мир жаждущих его людей.

А второй персонаж – Серебряное копытце – маленький олененок, стоящи среди заснеженного леса и внимательно глядящий на нас печальными бархатными глазами, словно жалея людей, перепутавших все на свете и забывших особ истинных ценностях.

Эти истинные человеческие ценности – вот они. Не заменят Степана Насте в «Малахитовой шкатулке» золотые с драгоценными камнями украшения. Сидит скорбящая об утраченной любви, о потерянном счастье женщина на каменистом берегу реки и текут мимо воды, словно дни ее жизни.

А маленькая зеленая ящерица наблюдает за ней из – за замшелого камня. Нет, видно не все еще потеряно в мире людей. Вот она главная Ценность – Любовь.

И вторая главная Ценность – Творчество. То самое великое горение, что делает человека Человеком с большой буквы. Быть честным с самим собой, неустанно стремится к совершенству, идти «через тернии к звездам» — вот путь истинного художника. Об этом завершающая композиция цикла – «Каменный цветок». Горят отвращением к своей несостоявшейся работе глаза мастера Данилы, руки, сжимающие молоток, напряжены так, что даже ногти побелели. Все тело пришло в движение. Сейчас как жахнет по малахитовому цветку, разобьет его вдребезги и уйдет искать совершенство, пока не найдет. Муки творчества и счастье откровения – величайший божественный дар человеку, который у него никто и никогда не сможет отнять. Разумеется, если он не отдаст из сам. И снова мы видим двух зеленых ящериц – одна со стены, другая из под стола – они наблюдают за все происходящим. Значит и эта величайшая Ценность – Творческое горение –тоже жива в мире людей.

Вот, в целом, то, чему посвящены эти пять полотен цикла «Уральские сказы», — кто мы, зачем мы, и что есть ценность истинные и мнимые? Завершив эту большую работу, Анна Виноградова решила «отдохнуть» и взялась за очередной портрет сына, который стал своеобразной прелюдией к следующему большому полотну «Житный козел», то есть возвращению к теме Масленицы. Итак, «На горке» — виртуозно, словно на одном дыхании, написанное изображение мальчика, стоящего на заснеженной горе в валенках, дубленом полушубке с драным рукавом и лисьей шапке, сдвинутой на затылок. Красный шарф, кушак и варежки завершают этот колоритный наряд. По существу портрет превратился в жанровую сцену. В руках мальчика, вероятно только что неудачно съехавшего с горки и порвавшего рукав, о чем свидетельствует грустно – сосредоточенное выражение его лица, прекрасные расписные деревянные санки. Он печально смотрит в ту сторону, где, по видимому, находится причина его несчастья, та злосчастная кочка, о которую споткнулись сани. Тонкий юмор и прекрасная легкая живописная техника сливаются здесь в единое целое.

Завершающей работой 2010 года стало большое полотно (200х250см) «Житный козел», где мы вновь встречаемся со стихией архаического аграрного обряда, входящего составляющей в масленичный комплекс. Несмотря на тысячелетние христианства на Руси, многие древние образы сохранили в народной традиции свое изначальное значение. Одним из них были коза и козел. Так в обрядовых текстах прямо говорится:

«Где коза ходит, там жито родит».

«Где козел ходит, там жито родит».

 

Именно эта сакральная, в народном понимании, функция увеличения плодородия полей, урожая зерновых, присущая козлу, стала основой одного из архаичнейших и интереснейших масленичных обрядов – при ведения на озимое поле так называемого «житного козла». Для этого выбирался крупный, с мощными рогами козел и приводился на окраину деревни или села. От дома его на веревке вела хозяйка, «разодетая в пух и прах», то есть одетая в лучшие праздничные одежды. У околицы ее и козла, украшенного лентами, бумажными цветами, ткаными поясами и колокольчиками, поджидали односельчане, трое из которых молодые неженатые парни – должны были протащить козла за рога по озимому ржаному полю и ткнуть в землю мордой три раза.

После этого козла отпускали на свободу, и он несся во всю прыть через поле и деревню к своему дому. Но так как козел животное упрямое, то успех исполнения обряда вовсе не был гарантирован. И если вдруг парни не справлялись с козлом и он убегал до завершения обряда, их ждало презрение односельчан и обвинение в том, что они загубили будущий урожай. Причем, даже если урожай зерновых в новом земледельческом году был отменным, все равно считалось, что он мог быть во много раз больше, не оплошай парни на Масленицу. Если же все складывалось удачно, то их ждали всеобщий почет и уважение.

На полотне Анны Виноградовой, судя по всему, изображен момент окончания обряда. Двое парней уже порядком потрепанные козлом (на одном из них рубаха практически разорвана, а третий вообще отсутствует – видно сильно досталось) пытаются пригнуть морду животного к земле. О том, что это уже было сделано хотя бы раз, свидетельствует снег на рогах, носу, и бороде козла. Он сопротивляется изо всех сил, опираясь на расползающиеся в разные стороны ноги, вопит, широко раскрыв рот, а глаза животного горят бешенством. Но, судя по улыбке одного из стоящих в стороне участников обряда, победа над ним уже близка. Что касается парней, то они прилагают все усилия, чтобы вновь опустить голову козла в снег. Навалился на него всей тяжестью тела парень в разорванной красной рубахе. Второй, стиснув зубы, изо всех сил нажимает на рога. Руки парней и все мышцы тел напряжены до предела, так что видны вздувшиеся кровеносные сосуды. Остается только предполагать, что говорится в это время в адрес упрямого животного. «Соленые» комментарии, обращенные к козлу, сопровождаемые такими же шуточками и смехом односельчан, словно висят в воздухе. Кстати, ненормативная лексика, используемая во время подобных обрядов, тоже считалась стимулирующей плодородие. А стоящая в стороне хозяйка внимательно следит за происходящим – не изувечат ли эти «охальники» её животину. Но в целом все довольны. Быть деревне с хлебом.

Таков сюжет этой работы Анны Виноградовой. И, как всегда, прекрасная живопись. Легкие, словно скользящие мазки лепят форму и, при внешней импрессионистичности, создают вполне материальную среду. Прекрасно написаны лица, индивидуальные и характерные одновременно, руки – нежные и тонкие у женщины – хозяйки и сильные, мускулистые у парней, одежда персонажей. И, конечно козел – просто великолепен: черный, как сама земля, могучее тело, мощные изогнутые рога, раздутые ноздри, широко раскрытый губастый рот с длинными белоснежными зубами и яростно горящие янтарные глаза – настоящий Владыка Урожая. Победа над ним – действительно сродни подвигу.

Завершив 2010 год этой большой работой, Анна Виноградова в самом начале 2011 года вновь возвращается к теме Масленицы. На сей раз это громадное, четыре метра по горизонтали (200х416см) полотно, подводящее итоги поисков прошлых лет. Все находки, сделанные в предыдущих работах на эту тему, здесь словно сконцентрированы в некую квинтэссенцию народного праздника. Композиция развивается слева – направо, по ходу масленичного хоровода. Начатое изгибом обнаженного тела «Хозяина», круговое движение фиксируется далее спиной и поворотом головы быка. Затем продолжается тремя фигурами первого плана – мужчины в распахнутом полушубке, направляющего ход быка, и двумя фигурами детей – повернувшегося к нам спиной мальчика к крошечной, смотрящей куда – то в сторону, девочки. А дальше закручивается буйная стихия хоровода, где пляшущих очень много, но на первом плане снова трое – яркая, нарядная красавица и двое молодых мужчин. Причем тот из них, что пляшет прямо у края рамы, повернут к зрителю спиной, как бы уравновешивая и замыкая центр композиции. Слева в общи ритм включается группа бегущих, а справа композицию завершает три женские фигуры, самая первая из которых словно уходит за пределы холста. Таким образом создается ощущение разрастания, выхода в наше пространство и время этого древнего обрядового действа.

Каждая фигура здесь индивидуальна, колоритна и в тоже время глубоко типична. Но самое поразительное это образы «Хозяина Масленицы» и Быка. В общей стихии веселья и радости суровый, диковатый взгляд огромного обнаженного мужчины кажется несколько странным и неожиданным. Его мускулистое тело купается в золоте соломы, сияние которой вызывает ощущение чего –то ирреального, словно на нее неизвестно откуда упал ослепительно яркий луч солнца. И где – то на уровне подсознания начинаешь понимать, что связь золотой, почти  мистической, соломы и фигуры могучего человека не случайна. Солома – часть того богатства, которое именуется хлебом или, еще точнее, житом, т.е. «дающим жизнь». Но чтобы хлеб пришел в дом, надо немало потрудится. Крепкое, мускулистое, пропеченное в поле тело, натруженные руки и твердый, суровый характер – вот составляющие «удачи» самого зажиточного крестьянина в округе. Он, безусловно, труженик. Но есть в этом персонаже еще что-то, неуловимо первобытное, словно статус «Хозяина Масленицы» возвращает его в какие – то бесконечные глубины тысячелетии, где грань между человеком и окружающим его животным миром почти не ощутима. И здесь он тесно связан с везущим его быком, в них есть нечто общее. Но с той, пожалуй, разницей, что бык, в данном случае, предельное очеловечен. Он спокойно ступает, гордо подняв свою лунорогую голову, смотрит на всю эту людскую суету мудрым, почти человеческим взглядом и тихо облизывает толстым розовым языком сосульки с губ и бороды. Даже коровий «ботала» — огромные. Бронзовые колокольцы – смотрятся на нем как нарядные бусы. Огромный. Величественный он возвышается над маленьким мальчиком как гора. Но в ребенке нет страха, только восхищение. И невольно встает вопрос: кто же все – таки здесь «Хозяин Масленицы», бык или человек?

Скорее всего, в этом удивительном мире много – тысячелетней народной культуры, они равноправны!

Когда смотришь на «Хозяина Масленицы», трудно поверить, что это огромное эпическое полотно написано хрупкой молодой женщиной всего за два месяца. Вот уж, воистину «Коня на скаку остановит, в горящую избу войдет!».

В целом 2011 год оказался для художника переломным. Надо сказать, что к этому времени сложилась та парадоксальная ситуация, когда творчество Анны Виноградовой, хорошо известное в США, не случайно именно её работы «Пляшущие» была выбрана для интернационального художественного календаря 2012 года, в Китае, где её картины и рисунки находятся в многочисленных частных коллекциях и музеях, а также представленное в частных собраниях Японии, Голландии, Германии, Франции и других стран Европы, например музея – замка Ксёнж (Польша) и Национальной Пражской галерее (Чехия), в родной стране практически, за исключением собственно Санкт – Петербурга, не было известно. И здесь Анна, как всегда, взяла инициативу в свои руки. Она решает принять участие в Международном художественном салоне 2011 года в Центральном Доме Художников (ЦДХ) в Москве, куда привозит более 20 работ, в том числе «Хозяина Масленицы». О том, какова была реакция зрителей, говорит книга отзывов: «Восхищены мощностью таланта, самобытностью, собственным видением мира, русскостью, фундаментальностью, цельностью натуры», «Спасибо автору за работы музейного уровня, на фоне общего упадка искусства в наше время», «Это великолепно! На мой взгляд, Ваша экспозиция лучшее, что есть на этом вернисаже. Очень сильная, выразительная, совсем не «женская» живопись. Вы – достояние России!». На фоне таких отзывов, не удивительно, что работы Анны Виноградовой были названы «Открытием года».

А затем, в том же 2011 году, она становится обладателем Гран – при Международной Олимпиады искусств в Москве, проводит выставку в Государственной Думе и, в рамках мероприятий, посвященных дню города Москвы, в государственном выставочном зале «Галерея Нагорная» открылась её персональная выставка «более 80 работ» «Возвращение к истокам». И вновь дадим слово зрителям: «Это лучшая персональная выставка в нашей галерее «Нагорная!», «Крупный, действительно крупный мастер. Уровень художника национального масштаба!», «Умный исследователь языческих корней, блестящий портрет, тонкий график, сногсшибательный флорист – все дышит. Блестяще. А вообще – нет слов!».

Последней в серии выставок 2011 года стала, также прошедшая с большим успехом, выставка в Совете Федерации РФ. Книгу отзывов здесь завершают следующие строки: «Чудесные работы! Яркие, глубоко психологичные, их интересно рассматривать и всматриваться….. в пространство, в лица, в глаза. Каждая картина, как былина о ком – то или о чем – то. Спасибо! И мастерство художницы впечатляет. Огромный труд! Дай Бог Вам всегда вдохновения и сил для его воплощения!».

Не мы выбираем время, а Время выбирает нас! Оно выбирает своего художника и он обязательно приходит. Но когда это свершается, дело остается «за малым» — Общество должно понять и принять Художника. В данном случае оно художника приняло.

 

искусствовед

Элина Васильевна Старцева.