Интервью А. Виноградовой (без купюр) Вслед за масленичным поездом

Художественная галерея, где выставляют свои работы современные мастера — по сути, некий посредник между ними и зрителем, место их встречи. Эту тему отражает наша новая рубрика, которую ведет директор галереи «Голубая гостиная» Санкт-Петербургского отделения Союза Художников России, искусствовед Елена Лысак. А ее первая героиня — самобытная и талантливая Анна Виноградова, чья персональная выставка недавно открылась в «Голубой гостиной».

— Аня закончила одну из самых сильных мастерских Академии Художеств, мастерскую профессора Рейхета, которая бережно хранит и развивает традиции русского реализма в живописи. Она — ученица Рейхета и Пименова . Заложенные ими основы обучения продолжают теперь преподаватели мастерской, художники Репин, Лысак, Блохин…

Сегодня традиционная живопись очень востребована на арт-рынке. Художников, работающих в этом направлении, много, но не многие из них обладают столь же яркой индивидуальностью. Анна очень тонко чувствует и умеет передать цвет — и потому ее работы так солнечны. Но в то же они время глубоко психологичны. Она — натура страстная, и это ощущается в ее творчестве. Мне кажется, что она как художник не остановится на академизме, хотя сегодня ее интересует именно он. Думаю, лет через двадцать мы увидим произведения совсем другой Анны Виноградовой… А сегодня и зрители, и знатоки отмечают в ее работах влияние Репина и Сурикова — но ни у кого не возникает ощущения, что она просто копирует их манеру. Ее стиль индивидуален и узнаваем. Без традиции современность мертва. Для того, чтобы мастер мог уверенно двигаться вперед, он должен знать историю. Кстати, все известные авангардисты заканчивали Академию Художеств и блестяще владели академической базой письма — без этого все равно не может быть полноценного мастера…

Что касается Анны Виноградовой, я не исключаю, что когда-то ее тоже заинтересует авангард… Сейчас она очень молода и живет полной жизнью. Да к тому же трудоголик — и, может быть, поэтому успевает все: влюбляться, родить, разводиться, снова влюбляться и одновременно работать, работать, работать, постоянно совершенствуя свое мастерство.

Аня, ты ведь привыкла выставляться в Америке, Китае — и вот впервые показываешь работы в России. Почему именно в «Голубой гостиной»?

— Где же еще и выставляться! Союз художников — место культовое… Скорее всего, после выставки я опять поеду в Китай с новыми работами и частью представленных в Голубой гостиной. Мне выделен двухэтажный зал площадью 500 квадратных метров. Как правило, обратно картины не возвращаются, чаще всего их покупают на выставке или практически сразу по ее окончании — так что придется снова много работать.

— Чем тебя так приворожил именно академизм — вроде бы он не совсем в духе времени…

— Я так не думаю. Вспомните, как писали Рембрандт , Веласкес , Гойя ,Фешин мастера рубежа XIX-ХХ веков или 60-х годов прошлого столетия: живые краски, живые мазки… По-моему, это и есть академизм. Их любят , помнят , ценят до сих пор,они живее многих художников современности , которых , я не уверена , будут-ли помнить уже лет через 100. Я считаю ,что наше время — это время подмены ценностей и «Голых королей». Можно сколько угодно заниматься формальными выкрутасами, не имея даже среднего художественного образования и объяснять зрителю «как течет река». В картине дожен быть смысл, и этот смысл должен быть понятен зрителю.Краска должна жить на холсте — тогда она передает все то, что хочет сказать художник.

— Ты ведь родом из творческой семьи?

— Да , мои родители тоже закончили Академию Художеств.Папа — факультет архитектуры ,а мама — факультет теории и истории изобразительного искусства.Отец любил повторять, что мог бы стать неплохим живописцем… А уж когда он понял, что из меня может что-то получиться, бросил все силы на то, чтобы это свершилось. Мое поступление в Академию стало для него самым большим счастьем. Каждая моя «пятерка» становилась для него событием. А я тем временем не очень заботилась об оценках — но все получалось как-то само собой: второе место за рисунок, диплом с отличием, серия иллюстраций к «Повестям Белкина», включение моих работ в каталог «Russian Canvas», изданный для выставок в Китае… Академию я закончила в 2006 году.

— Обычно пишешь быстро?

— Не очень — картины требуют осмысления, поэтому я должна на время отвлекаться от работы. Когда не вижу ее недели две — три, потом смотрю новыми глазами, и это полезно. Я нередко пишу с натуры лица ,руки и костюмы, а сюжеты и образы, в основном, придумываю. Когда одна идея сменяет другую, нередко задумываюсь: а надо ли вообще воплощать ту, предыдущую… И в результате от много отказываюсь.

— Портрет — любимый жанр?

— Да, потому что я люблю людей. Они привлекают меня характерами, каждый из которых нужно открыть заново. Это так интересно! Я даже в любой пейзаж стараюсь «поселить» хотя бы одного маленького человечка — и от этого оживает вся композиция…

Мне очень нравится твоя «балетная» серия: «Черный лебедь», «За кулисами», «В антракте»…

— Мне это действительно близко. Как-то я, еще учась в Академии, увидела в Вологде выступление ансамбля «Русский балет XXI век». И мне так не понравились костюмы!.. Я сказала об этом руководителю и, по его просьбе, сначала предложила свою идею — а затем разработала им костюмы ко всем балетам-мистериям: «Масленица», «Купала», «Троян», «Дети камня»… Я перерыла много теоретического материала — и в результате добилась того, что костюмы максимально приблизились к своим древним историческим прототипам — и в то же время остались балетными по сути. В них было очень удобно танцевать!

— Я слышала, успех у спектаклей был оглушительный!.. В том же году в Вологде была открыта персональная выставка «Мистерии Анны Виноградовой». Выходит, ты еще и модельер?

— Да. В основном, театральный. В этом качестве успела поработать и в Санкт-Петербурге. Но от этой карьеры все-таки пришлось отказаться: не хватает времени. Я человек ответственный и если уж за что-то берусь, делаю это с полной отдачей. И начинаю работать так много, что своего сына и маму не вижу вообще… А хочется уделять им больше времени и внимания.

— Да… А кто твой любимый художник?

— Их несколько: Врубель, Фешин, Малявин, Серов, Архипов. Конец XIX века — это же «золотой век» живописи! Нам бы тянуться и тянуться за теми мастерами, а мы вместо этого все идем куда-то «вперед», убивая их школу… На самом деле она-то — и есть вершина. Это художники вне времени .Их творчество надо знать, потому что без этого не сформировать собственный стиль. Не зная традиций, невозможно создать что-то свое — а очень хочется.

— И по-моему, удается. Твои работы востребованы на арт-рынке. Тебя это радует?

— Конечно — ведь они уходят к новым хозяевам, которым нравятся! Они и должны жить своей жизнью, пробуждая эмоции — я их для того и создаю.

Не люблю статичности и всегда стараюсь делать так, чтобы в картине чувствовалось движение. Я постаралась наполнить им мою дипломную работу «Шествие масленичного поезда». Очень «подвижная» техника, которая и рождает ощущение «живой» картины . А сам сюжет — изображение давно забытого обряда: последние воспоминания о нем были обнаружены в 1913 году. Именно так праздновалась когда-то Масленица в северных российских губерниях. Самый уважаемый, богатый и немолодой человек в округе избирался Масленичным Королем — и в течение дня объезжал в санях, обнаженный, всю округу. Перед этим ему давали хорошенько выпить — чтобы не простыл. За санями шли ряженые, а вокруг кипело веселье. Чем ближе удавалось какому-нибудь счастливчику подбежать к Масленичному Королю, чем сильнее тот ругал его матом, тем лучше, считалось, будет его жизнь. А уж если сам «король» после такой поездки по морозу оставался жив-здоров, он тем самым гарантировал хорошую жизнь жителям всей округи. Масленичный Король словно приносил себя в жертву обществу!.. Вот такой персонаж, уходящий корнями в язычество…

А в ближайшее время я хочу заняться темой Ивана Купалы — наверняка у этого праздника тоже много интересных подробностей. Люблю копать там, где еще никто не копал!

Е. Лысак — А .Виноградова // Леди Тайм. № 10/11 2008.